По тому, как понимали роскошь древние арабы, можно судить об изысканности и шарме роскоши вообще. А что такое, собственно, шарм? Не та ли изощренная палитра жизни, насквозь пронизанная тайными знаками, в мусульманской притче о царе Шаддаде, сотворившем подобие рая небесного на земле?

Отправляясь в "Марокану", прежде всего, нужно определиться, чего вам хочется: дозированной марокканской эстетики или же глубинного погружения? В интерьерах ресторана вы обнаружите и то и другое: назойливую экзотику с бесконечными насыщенными переплетениями мусульманского рисунка и более наивные, даже легкомысленные интонации и оттенки берберских традиций. Причудливые арабески, розетки, завитки, переплетения стилизованных пальмовых листьев и виноградных лоз с арабской вязью каллиграфически "выписанных" изречений из Корана… И, само собой, "правильные" кальяны искусно вписываются в сложный организм испано-мавританского стиля. Все благоухает мускусом, шафраном, гвоздикой... счастьем, легкостью и беззаботностью.

Несколько часов — и вас охватывает чувство, какое испытывает путешественник в сердце марокканского Востока — Марракеше, традиционные дома-риады которого поражают своей мудростью и рациональностью. Все живо и подлинно. Риад означает сад, его узорчатые чугунные решетки, витражи и светильники из кованого железа не оставляют равнодушными ни европейцев, ни арабов. А пространство ресторана — истинное воплощение Востока, загадочного, сказочного, мистического. Оно словно пропитано духом Магриба и смело заявляет о себе: комнаты риада, по представлениям марокканцев, являются отражением рая на земле.

Вся мебель и украшения в ресторане — марокканского производства, они были приобретены или заказаны французским дизайнером во время ее поездок в Марокко. Потрясающую цветовую палитру и сложные геометрические орнаменты оживляют латунные предметы: столы и лампы отблескивают золотом, да так, что кажется справедливым конец времени царя Мидаса, который своим прикосновением превращал все в золото. Кажется, здесь золото перестало быть роскошью и стало развлечением, несерьезным и недолговечным, как конфетное золотце. Однако справедливо и то, что арабы относятся к роскоши со всей серьезностью.